|     Регистрация    |     Карта сайта    |       Рассылка    |     English

Ваше мнение

Как вы относитесь к блогерам и их роли в обществе?

Прямой эфир

Ода настоящей журналистике, или как региональные власти убивают профессиональные СМИ

6 сентября 2017 года газете, которую вы держите сейчас в руках, исполнилось пять лет, и мы очень рады сказать сегодня, что мы живы, живы, несмотря ни на что.

Появление федерального издания «МК Байкал» «Московский комсомолец» в Иркутске было встречено неприкрытым злопыхательством, тайной завистью и страхом со стороны конкурентов. Нам прочили скорую гибель и позорный конец. Тогда в своем первом обращении к читателям я пообещала, что мы сделаем газету, которую будут покупать и читать. И слово свое мы сдержали. На протяжении последнего года мы вели изнурительную, неравную борьбу за правду с региональным правительством и персонально с губернатором – коммунистом Сергеем Левченко. Судя по всему, ему и его камарилье не нравились наши разоблачительные статьи и наши расследования, поэтому были предприняты неимоверные усилия, чтобы закрыть издание, перекрыть последний клапан, являющийся практически единственным проводником свежего воздуха в зловонное болото непрофессионализма и коррупции, в которое нас затолкали эти чиновники. Сегодня мы с вами, и это значит, что в этой войне мы одержали первую победу, но борьба не окончена. Какой будет ее исход, во многом зависит от каждого из нас, поэтому нам, как никогда, сейчас необходима ваша поддержка, дорогие читатели.

Должна признаться, лукавить не буду, август 2017 года для меня и моей команды стал черным. Мы на целый месяц прекратили выпуск издания и вынуждены были аннулировать подписку. Тогда мы думали, что это конец и это навсегда. Мы продали оборудование, закрыли офис и фактически признали поражение. Силы были неравными, поэтому я сказала коллегам, что проигрывать тоже надо уметь. Мы не могли, как другие издания в Иркутске, вступать в соглашательство с действующим правительством и брать у них деньги на издание газеты. Ни один член моей команды не считал возможным работать на это региональное правительство, и это стало осознанным выбором каждого из нас. В этом мы были солидарны все как один. Мы не считали это предательством наших читателей, потому что настоящим чудовищным предательством было бы лгать вам, работая на Левченко и его окружение, восхвалять его. Я приношу вам извинения за то, что мы имели намерение и пытались уйти по-английски. Прощаться с вами сил у нас не было. Но жизнь распорядилась иначе.

И вот когда нашего творчества практически не стало, когда был продан последний компьютер и стол и передан в надежные руки последний цветочный горшок, в информационном пространстве наступила такая мучительная звенящая пустота, в которой стало задыхаться все по-настоящему живое и думающее. Она напугала многих серьезных людей, поэтому они пришли к нам на помощь. Эти люди не захотели, чтобы мы умирали как издание, как проект, как команда, как немногие, кто говорит правду. Поэтому сегодня мы с вами и намерены продолжать выполнять свою нелегкую миссию журналиста.

А поскольку, в том числе и благодаря усилиям правительства Левченко и его бездарной пресс-службы, эта миссия низведена до уровня малобразованной обслуги, я возьму на себя здесь смелость напомнить о том, кем является журналист в современном цивилизованном обществе и для чего он нужен. А кроме того, просвещу читателя на предмет того, во что коммунист Левченко превратил иркутскую журналистику. Какой ничтожной и жалкой стала она по его вине.

Я не буду опускаться до лжи и утверждать, что бывает независимая пресса. Такой никогда не было и нет, но продаваться можно по-разному. Кажется, великому Генри Форду приписали цитату, что хороший журналист, как хорошая проститутка, продается один раз. Нигде не могла найти подтверждения, что это сказал именно он, но сути дела это не меняет. Журналист всегда будет работать на того, кто ему платит, и не надо ханжески плющить лицо и говорить, что Батутене – продажная, а мы вот нет. Дело не в этом. Дело в том, что профессиональный журналист, на кого бы он ни работал, в первую очередь служит профессии и никогда ее не предаст, ни за какие деньги. В этом разница между настоящей журналистикой и продажной, той, которая является ее жалким подобием. Что это значит? Это значит, что врать за деньги нельзя, и подтасовывать факты тоже.

Так вот, журналистика – это прежде всего факты и только потом мнение. Задача журналиста сообщать о них, анализировать и заставлять читателя думать. Чтобы факты добывать, надо иметь не только талант, но и профессиональную подготовку. Этому надо учиться и желательно не в университете, а в жизни. Факты нужно не только раздобыть, преодолевая сопротивление чиновников, но и перепроверить, связать воедино, проследить логические цепочки, выявить закономерности и прийти к определенным выводам. Потом это все надо грамотно изложить на бумаге и так, чтобы это было не просто понятно, но и интересно читать. Сделать это невероятно трудно, и, поскольку практически уже не осталось людей, которые на такое способны, журналистику заменили ее жалким подобием – блогерством.

Толпы графоманов, наводнившие социальные сети, сегодня испражняются на предмет того, что они съели на завтрак, обед и ужин, как и когда они посмотрели в окно и что там увидели или что они там подумали по такому вот поводу. Все эти люди не просто считают себя журналистами, они уверовали в то, что они мэтры. Эти люди никому не интересны, как и их незрелые наблюдения и никчемные рефлексии. Их искусственные надуманные измышлизмы заполняют интеллектуальную пустоту и создают иллюзию движения жизни и мысли. Их непонятно зачем цитируют, ставят им лайки, а они сидят у компов, не отрывая своих плоских от долгого сидения задниц, и дрожат от страха высунуться за дверь и сказать хотя бы десятую часть правды об этой жизни. Они не проверяют факты, потому что не видят в этом смысла и не знают, как это делать. Они, в отличие от настоящего журналиста, не несут ни материальной, ни моральной ответственности перед читателем. И вот эта позорная графомания сегодня для многих является эталоном качества и профессионализма.

Между тем помимо того, что настоящая журналистика должна быть достоверной, она еще и обязана быть действенной. Это второе ее главное и обязательное отличие. Что это такое? Приведу простой пример. Весной 2013 года, когда в результате выхода из берегов по причине паводков Нижней Тунгуски на севере Иркутской области было затоплено село Преображенка, жители очень долго не могли дождаться от властей помощи. Чиновники рапортовали, что все там в порядке, а люди сидели без воды и еды, теплых вещей на крышах своих домов. И вот тогда одна смелая учительница с большим трудом дозвонилась к нам в редакцию и рассказала правду, о которой мы написали. На нас тогда давили со всех сторон, что мы якобы эту учительницу выдумали и на самом деле ее нет. Но после нашей публикации тогдашний губернатор Сергей Ерощенко лично отправился в Преображенку, нашел там эту учительницу и задал ей вопрос, звонила ли она в газету и чем недовольна. Учительница оказалась не из робких и все, что у нее на душе накопилось, губернатору высказала и заднюю не сдала, подтвердила, что в газету звонила. Я таких случаев могу привести много, но, думаю, и одного достаточно, чтобы уяснить разницу между малахольным блогером, который пишет, не проверяя, все, что в голову взбредет, и настоящим журналистом, который за свое слово отвечает и своим именем, и честью издания.

Так вот я к чему это все говорю? А к тому, что в результате прихода к власти в сентябре 2015 года Сергея Левченко у нас в регионе профессиональной журналистики, той самой, которая не только должна помогать людям решать их насущные жизненные проблемы, но и страховать власть от роковых ошибок, не стало. Информационное пространство затопила мутная трясина из соплей и словесного поноса графоманов, ботов и так называемых блогеров, которые, по не подтвержденным официально, но упорно циркулирующим слухам, кормятся из областного бюджета, то есть на деньги каждого из вас, если вы платите налоги. А отрасль умирает.

Та самая отрасль, задача которой быть четвертым институтом власти и защищать интересы простых людей, таких как учительница из Преображенки, таких как родители кадетов из Усольского кадетского корпуса, которых избивают, таких как работники частных медицинских клиник, которым региональное правительство не дает субсидии из фонда социального страхования, таких как водители муниципального автотранспортного предприятия Братска, пытавшиеся объявить голодовку, и многих других, для которых газета – единственная возможность заставить власть обратить на них внимание. И как ни парадоксально, власти тоже нужны не блогеры и боты, а профессиональная журналистика. Именно она может и способна быть четвертой властью, и только ей по силам уберечь чиновников от ошибок. Вот куда и на что должны расходоваться средства налогоплательщиков. В противном случае общество без этого института ждет одичание. И власть никогда не узнает о своей неэффективности, а если быть точнее, никчемности. А люди разочаруются от несправедливости.

К сожалению, это уже случилось с правительством Сергея Левченко. Оторванность от реальности и существование в информационном коконе мнимого благополучия уже сослужили для него дурную службу. Сергей Левченко сам загнал себя в угол, свидетелем его позора в Танхое стала вся страна, когда иркутский губернатор не смог ответить на вопрос президента страны Владимира Путина о стоимости строительства дороги на Хужире, хотя президент лично дал поручение ее строить во время своей прямой линии в июне этого года. Левченко не попал бы в столь досадное положение перед президентом, если бы работа его правительства была эффективной и направленной на решение государственных задач. Все его предшественники, за редким исключением, на столь ответственном государственном посту привлекали себе в союзники профессиональную журналистику. Они очень хорошо понимали, оплачивая труд журналистов из областного бюджета через государственные субсидии и тем самым поддерживая и развивая отрасль, что журналистика в первую очередь нужна им не для восхваления своих заслуг, а для контроля за своими подчиненными, для получения тревожных сигналов с мест, для обратной связи с народом. Никакие сопливые блогеры и никакие социальные сети с этой задачей никогда не справятся, точно так же, как никто, кроме нейрохирурга, не сможет провести трепанацию черепа, никто, кроме акушерки-гинеколога, принять роды и никто, кроме сантехника, починить ваш унитаз.

Светлана Батутене, главный редактор «МК Байкал»

Источник: «Московский Комсомолец».

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Архив

<< < Сентябрь 2017 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30